OpenAI решила задачу на миллион и вызвала скандал

Компания OpenAI громко заявила о решении одной из сложнейших математических задач современности, за решение которой предусмотрено вознаграждение в размере 1 миллиона долларов. Однако радость от успеха быстро сменилась бурными дебатами в научных кругах, где разработчиков обвинили в присвоении чужих открытий и неправомерном использовании данных коллег.

Как была решена фундаментальная задача

Для преодоления математической проблемы, связанной с физическими свойствами жидкостей, OpenAI применила мощную неанонсированную модель, превосходящую по производительности GPT-6 Astra. Во время работы на задачей одновременно трудилось около 10 000 ИИ-агентов, которые обменялись почти 3 миллионами сообщений и обработали свыше 130 миллиардов токенов.

Основные вычисления заняли примерно 88 часов, а проверка полученного доказательства с использованием языка программирования Lean 4 потребовала еще 17 часов работы. Примечательно, что OpenAI решила отказаться от денежной премии Clay Mathematics Institute.

Скандал вокруг использования чужих разработок

Острый конфликт возник после публичного выступления математика из Нью-Йоркского университета Тристана Бакмастера. Он утверждает, что OpenAI приступила к разработке решения только после того, как получила информацию о прогрессе в смежной области исследований (forced Euler), над которой трудился сам Бакмастер совместно с Левантом Алпоге из компании Anthropic.

При работе над проблемой оба ученых использовали инструменты OpenAI Codex и Anthropic Claude. Бакмастер высказал предположение, что OpenAI могла получить доступ к приватным логам их обучающих сессий. В ответ на обвинения представители OpenAI заявили, что их ИИ-агенты не имели прямого доступа к персональным данным пользователей, но при этом не исключили вероятность использования анонимизированной информации из своих продуктов.

Беспокойство мировой научной общественности

Известный математик и лауреат Филдсовской медали Терренс Тао выразил серьезную озабоченность сложившейся ситуацией. По его мнению, когда слухи о научных достижениях побуждают технологические компании вкладывать миллионы в вычислительные ресурсы для опережения исследователей, это наносит урон принципам открытой науки и сотрудничества.

Философ предупреждает, что такие практики могут привести к тому, что ученые перестанут свободно делиться своими гипотезами и идеями. Это в свою очередь замедлит долгосрочное развитие математической науки и подорвет традицию академической открытости.